На напоминание о Ельцине

[bowhill]

В основе, заполняющей его практически полностью, Ельцин был тройной очистки, образцово-показательный, эталонный карьерист.

В его цели не оказалось ни дела, ни идеи, ничего другого -- только сама шапка. И достигнув этой цели, он обнаружил и продемонстрировал пустоту. Всё, делать было нечего. Пустота является причиной пьянства и дирижирований, а не наоборот.

Борис Годунов ради шапки убил ребёнка. Борис Ельцин ради шапки предал и продал свою страну. Предал и продал надежды и доверие людей, включая тех, кто ходил с криками «Ельцин!». Предал и продал кровь людей, погибших за страну на его памяти.

Ради его шапки миллионам людей достались новые войны, нищета, голод, болезни. Времена и принципы изменились и масштабы изменились.

Утверждают, что это не цена карьеризма, что Ельцин дал людям свободу. Как бы не так. У Ельцина не было ничего, чтобы давать. Это люди дали ему всё, свободу, доверие, власть, страну. И что получили за эту простодушную глупость...

Более осторожные в оценках граждане скажут, что всё же при Ельцине была свобода, да и жить стали лучше. Да, а при Чехове была чахотка. Одновременно не значит благодаря. Да и какая свобода, свобода 1917 года и гражданской войны? Махно? Пугачёва? Хаос – тоже можно назвать свободой.

Вот поставили Ельцину памятник, прочли речи и написали статьи. Прихлебатели, последователи и наследники Ельцина доказывают, что историю Ельцина будут писать они. Заблуждение. Его карьера ещё найдёт своих авторов.

В конце концов, передав шапку преемнику, Ельцин попросил у людей прощения. Для нашей страны это не пустой звук. Что ж, повинную голову меч не сечёт? Каждый решает сам, по своей совести. Ведь есть и другое мнение. Молись за меня, бедный Николка. -- Нет, нет! нельзя молиться за царя Ирода...

Comments

[nkgb.livejournal.com]

Мало просить прощения, нужно что-то делать. Ведь он двже и после смерти вредил - см.Семья.

[bowhill.livejournal.com]

Была ли эта просьба искренней или только трюком -- можно и на это посмотреть. Возможно там было и то и другое.

Семья есть у многих. А доверие и надежда людей были у очень немногих.